— Не оправдать, — поправила меня Лена, — понять. Ведь, как ни крути, а «решительные» меры привели к результату поистине катастрофическому. И, если верить Гроссмейстеру, под угрозой существование всех.
— Ну, а мы-то на что? Аккуратненько так возьмём их под локоток, братьев наших настырных. И нежно направим куда нибудь, в один из незаселённых миров. Пущай уж там безобразничают, чем людей губить, почём зря. Нет, конечно, очень хочется «отшлёпать по попке» но, как выяснилось «низ-зя». А, вовремя «сняв напряжение» и «сбив температуру» затем сможем контролировать «течение болезни».
— Нам всем придётся часто бывать у агнов. На какое-то время, практически поселиться в их мире, заняв ключевые посты. И ведь, ты понимаешь, для этого придётся их освободить. А ведь с тёплыми местами, как известно, добровольно никто не расстаётся…
Я устало вздохнул. Нет, всё-таки мой оптимизм, частенько называемый Инной бестолковостью имеет свой огромный плюс. И мне даже стало жалко Ленку с её стремлением найти какое-то оптимальное решение, способное удовлетворить всех. В принципе, оно есть, такое решение. И, я даже подозреваю, что идея приходила на ум и Профу и Гроссмейстеру и была отброшена за неприемлемостью. Ассимиляция. Ведь, давно известно, что исподволь, постепенно, слив воедино две культуры можно избежать многих бед. Вот только сама мысль о том, что придётся жить рядом с агнами… Б-р-р. И наверняка возникнут межрасовые браки. Вот любопытно, как это с зеленокожей партнёршей? Чёрт, надо было спросить у Инки до «возвращения». Хотя, судя по моим ощущениям, дорогая осталась вполне довольна…
Но, раз уж никто не решился озвучить столь «заманчивое» предложение, значит, оно по многим причинам неприемлемо. И нам, волей неволей придётся создать некое подобие «резервации» для Империи Десяти Миров. Хм-да… Однако ж и наглые мы морды. Горстка наглецов с зачуханной и при этом, одной-единственной планетки лелеет планы по переустройству мироздания. Хотя, смелость города берёт, а нахальство, как известно — второе счастье.
— Ладно Юр, пошли, что ли? — Прервала мои размышления Лена. — Инка с гостями, должно быть, вернулись уже.
Она взяла малышку на руки и я, дотронувшись до её плеча «вывел» нас наружу.
Они и в самом деле уже были в Приюте. И, судя по удовлетворенным улыбкам и радостному гомону, шоппинг удался. Вот, дожили, наконец. Не всё же нам в Турцию за шмотками мотаться. Уже и к нам, аж из самой Африки за тряпками едут. Не Париж, конечно, да и шмотки не от кутюр, но погордится-то я имею право? Ладно, шутю, шутю.
Увидев мать, Кени радостно завизжала и бросилась ей на шею. От счастья лицо Н-Гдэны залилось слезами, а тётки, сложив руки, с умилением наблюдали за воссоединением семейства. Чёрт, за всеми этими перелётами я так толком и не узнал, из за чего этот сыр-бор разгорелся. Ленка тоже была не в курсе и, тронув Инку за рукав, поинтересовалась:
— Поговорили?
— Поговорили. — Подтвердила та. — Ты понимаешь, «продвинутая» то, оказывается малышка.
— Это мы уже знаем. — Отозвалась Лена.
— Ах да. Малышка же не спит. — Понимающе кивнула Инка и продолжила. — Так вот, оказывается, этот мудак — не родной отец Кени. И, пару лет назад, прослышав о её способностях, заставлял её заниматься банальнейшим воровством. А когда Н-гдэна воспротивилась, устроил это показательное аутодафе. Дабы продемонстрировать, кто здесь, то есть, тьфу, там у них, хозяин.
У меня зачесались руки и, судя по всему, это было здорово заметно.
— И не мечтай. — Вкрадчиво возразила она, при этом улыбнувшись одной из своих «фирменных» улыбочек. С засранцем побеседую я сама.
Как видно, воспоминание о том, как нас попытались шантажировать в Париже два года назад, всё ещё было свежо в её памяти. Так что не завидую я предприимчивому отчиму малышки.
— Всё девочки, пора. — Она поискала взглядом Михаила Ивановича всё время бывшего рядом и ухитрявшегося при этом оставаться практически незамеченным.
Тот послушно перевёл и Тётки, похватав баулы с поклажей, вышли во двор. Инна взяла обоих за руки и, бросив на нас с Леной многозначительный взгляд, пропала. Как видно, они успели переброситься парой слов, так как та уже «достала» один за другим два скутера.
— Мы скоро, Юрка.
Инна чмокнула меня в щёку, и две дорогие мне женщины отправились, чтобы восстановить попранную справедливость. А я ещё раз поёжился. Нет, не завидую я парню.
Оставшись с Кени и Н-Гдэной, я попросил Михаила Ивановича позаботится о гостях, а сам прошёл в один из номеров гостиницы. Устал я здорово, и попросту хотелось спать. Ничего сверхсрочного, тьфу, тьфу, не предвиделось, и я мог позволить себе такую роскошь, просто поспать, беззаботно тратя на это приятное дело непредсказуемое «реальное время».
Наутро, то есть, как вы помните, время суток здесь не играет роли, ибо «когда проснулся — тогда и утро», я был разбужен доносившимися до меня голосами. Прислушавшись, я понял, что вернулись девочки и, судя по интонации, осуществить задуманное им удалось на все сто. Беседовали они втроём а, если считать за участника ещё и переводчика, то вчетвером. Не особо вникая, я всё же понял, что речь идёт о Н-Гдэне и малышке Кени. И Н-Гдэне предстояло стать студенткой одного из частных колледжей, а воспитанием пострелёнка собиралась заниматься Ленка, изрядно поднаторевшая в этом деле и «набившая руку» об Аньку с Ванькой. И как раз сейчас все, ну, кроме молодой мамаши, конечно, собирались отправиться «к Инне», дабы познакомиться, и вообще.
Боясь опоздать, я вскочил с кровати и запрыгал на одной ноге, пытаясь побыстрей одеть джинсы. Так, теперь рубаха и, сунув ноги в туфли, я бегом устремился на звуки голосов. К счастью успел. Н-гдэна с Михаилом Ивановичем уже куда-то ушли, а Лена, взяв девочку на руки, стояла, ожидая, пока Инна выберет себе на книжной полке что нибудь почитать.
— Девчёнки, а-у! — Завопил я. — Меня возьмёте?
— Опомнился. — Покосилась Инна, но сильно не возражала. — Держись, давай.
Я взял её под руку и… В общем, понятно.
Озеро встретило нас пронизывающей синевой и ласкающим слух звуком падающей воды. Малыши, как ни странно, предоставленные самим себе, возились на берегу и при нашем появлении радостно завизжали и бросились навстречу. Но, увидя чернокожую Кени, сверкающей всеми тридцатью двумя зубами в изумлении остановились. А маленький Дромик, заметно подросший за это время, звонко залаял.
— Не бойтесь, детки. — Ласково улыбнулась Лена. И укоризненно добавила — Эх вы, трусишки.
Кени, тем временем, слезла с Ленкиных заботливых рук и стала приближаться к малышне. Анька с Ванькой непроизвольно попятились, а шерсть на загривке у Дромика поднялась дыбом. Я же, глядя на эту «встречу на Эльбе» расхохотался.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
